глава Шофтим

Моменты недели — глава Шофтим

Стол на одной ноге / Не лайте на собаку! / Ребе протянул руку женщине из третьего ряда / Рав Моше Лазар и его супруга

1. Яаков — человек цельный

В иерусалимском районе «Рамат Шломо» в начале этой недели семья Бронфман сидела «шива» по своему отцу, уважаемому хасиду р. Яакову, который скончался после инсульта, случившегося примерно полтора месяца назад. Его дети ни на минуту не оставляли его одного и были рядом с ним до последних его вздохов.

Я не был знаком с ним лично, и всё же присутствовал на похоронах по просьбе моей супруги, — она дружна с дочерьми этой семьи. Между одной надгробной речью и другой я встретил человека, которого не видел почти сорок лет. Я представился ему, и он встал — не ради меня, а из уважения к моему отцу: «Твой отец — мой выдающийся учитель». И продолжил, пожимая мне руку: «И не только я — но и покойный рав Бронфман тоже учился у него. Мы были тогда разношёрстной группой вернувшихся к Торе, большинство из нас приехали из разных стран мира, и твой отец был у нас преподавателем и наставником».

Супруги Бронфман оставили свою родную страну — США, отказавшись от жизни в свободе и раскрепощённости ради того, чтобы жить подлинно еврейской жизнью, и главное – растить новое еврейское поколение. Им это удалось. Но не всем это удаётся. Многие души пробуждаются, чтобы вернуться и приблизиться к пути Торы и заповедей, чувствуют, что нашли смысл жизни. Но человек, который всю свою жизнь был оторван от традиции, не всегда преуспевает в том, чтобы передать факел второму поколению, своим собственным детям.

Был в те времена человек, который отдал сыновей в талмуд-тору, и принял странное решение. Он забирал детей каждый день во время обеденного перерыва, чтобы отвести домой на полчаса, — из предосторожности, чтобы его дети, не дай Б-г, не услышали неподобающих слов от своих товарищей, которые, как это свойственно детям, иногда обзываются во время игры. Крайность, которую я не понимал даже будучи ребёнком! Искажённый подход, который вместе с другими взглядами, принятыми им по своему разумению, привёл к тому, что его дети сегодня не соблюдают заповеди.

Ещё один аспект, на который нужно обратить внимание. Отец, разумеется – главный воспитатель своих детей. Однако порою отец, пришедший к еврейству, претендует на то, чтобы быть единственным воспитателем своих детей: ведь он уже осознал, что правильно. И он забывает, что у него-то самого были и есть много воспитателей! На него влияет его хеврута, его друзья по миньяну и общине, его рав, авторы прочитанных книг, наконец. И поэтому его вера крепка. А если главным источником духовных наставлений для своих детей будет только он сам… Сравните устойчивость стола на четырёх ногах и стола на одной ноге! Вот и уходят дети.

Рав Яаков Бронфман со своей супругой всегда чувствовали правильное место при их интеграции в религиозное общество. И если проживание в определённом районе оказывало некоторое крайнее влияние на воспитание детей, они переезжали в подходящий им район. Они воспитывали детей гармонично, впоследствии находили им пару в соответствии их уровню, — и удостоились того, что их семья духовно устойчива. Его дочь Хая-Сара открыла дело по производству париков с медицинским сопровождением в сложных случаях. Около двух лет назад она вместе со своими сёстрами удостоилась встречи с Главным раввином России, р. Берлом Лазаром, и получила его благословение на это уникальное дело, а на этой неделе меня направили передать им его послание с соболезнованиями.

Семьи вернувшихся к Торе, которые проходили свой путь к еврейству постепенным продвижением, не меняли всё сразу, но принимали каждое доброе решение в правильном темпе, — жили, не создавая себе душевных кризисов. Особенно когда они исполняли сказанное в трактате Авот «сделай себе наставника», выбирая себе духовного руководителя. И тем более когда это сочеталось с общинной структурой, понимающей уникальные вызовы, стоящие перед вернувшимися к Торе.

В учении хасидизма и Каббалы известно понятие «свет в сосудах», описывающее соотношение между Б-жественным светом и сосудами, которые его вмещают. Должен быть правильный баланс между светом и сосудами. Ибо если света слишком много по отношению к сосуду, сосуд может разбиться. А идеальное состояние в служении Г-споду выражается в том, что человек стремится привести своё воодушевление и чувство (свет) в соответствие со своей способностью вмещать (сосуды), и продвижение происходит постепенно, при сохранении здорового и правильного баланса между духовным подъёмом и границами собственных возможностей. Таким был рав Бронфман, да будет благословенна его память.

2. Доломитовые Альпы

С вершин окрестных гор стекают чистые и прозрачные ручьи, сливающиеся в реку, протекающую вдоль города Канацеи — коммуны в провинции Тренто, области Трентино-Альто-Адидже, на севере Италии. Канацеи насчитывает менее двух тысяч постоянных жителей, но, будучи базовым пунктом для походов и восхождений на гору Мармолада и хребет Сассолунго, принимает множество туристов со всего мира.

В отличие от горнолыжных курортов Швейцарии и Австрии, евреи приезжают сюда мало, несмотря на то что существуют прямые рейсы из Земли Израиля в соседний город Верону. Однако адмор из Бялы, благословенной памяти, регулярно наведывался в Канацеи — как летом, так и зимой, как из своего дома в городе Лугано, в Швейцарии, так и из Святой земли. Вдали от городского шума он погружался в изучение святой Торы, записывая свои новые толкования, говорил по телефону со своими многочисленными хасидам и накапливал силы для продолжения святой работы по руководству общиной.

А помогал ему в этом мой шурин, рав Моше Винер. Он многие недели проводил с ним днём и ночью, изучал с ним вместе Тору, служил связующим звеном между общиной и им, и сопровождал его на прогулках вдоль реки, возле отеля «Май Кашер», основанного его близким знакомым р. Ави Нецером из Милана. Отель оформлен в гостеприимном альпийском стиле, он предлагает прекрасное сочетание чистого горного воздуха и зелёных пешеходных маршрутов.

Этот отель в знаменитых итальянских Доломитовых Альпах, — первый и пока единственный итальянский отель с сертификатом кашрута меѓадрин, выданным адмором из Бялы, и по сей день находящийся под надзором его сына и преемника, нынешнего адмора. А рав Винер работает руководителем инспекторов кашрута.

В конце летнего сезона число отдыхающих возрастает — они ищут редкое сочетание европейского комфорта, захватывающего дух горного пейзажа и соблюдения ѓалахи. Идеальное решение, позволяющее насладиться отдыхом на природе в Италии, не отказываясь при этом от высокого уровня кашрута, молитвы в миньяне и погружения в микве. Поэтому мой шурин несёт здесь свою вахту, начиная с самых ранних утренних часов, следя за тем, чтобы всё происходило в строгом соответствии с ѓалахой. И при этом он успевает проводить онлайн-урок по ежедневному листу Талмуда для своих учеников на Святой земле. Всё это я увидел на этой неделе, приехав на несколько дней в качестве его гостя.

В первый день моего приезда р. Винер прошёл со мной по маршруту, по которому регулярно гулял со своим Ребе. Он остановился у скамьи, расположенной между склоном горы и ручьём, с волнением достал из кармана сюртука фотографию и показал мне своего Ребе, сидящего и записывающего новые толкования Торы на этой самой скамье, на которой тот регулярно сидел. Оттуда мы прошли ещё несколько минут и подошли к столу и скамье, вкопанным в землю, под ветвями раскидистого дерева над журчащей рекой. «Часами мы сидели здесь каждый день, изучая Гемару».

На обратном пути нам встретилось несколько туристов с собаками. И р. Винер поделился со мной мудрым наблюдением, которое однажды услышал от своего Ребе — здесь же, на этой тропе. «Однажды сюда приехал юноша из хасидов Бялы. Мы шли здесь, и вдруг залаяла собака. Адмор, увидев, что юноша испугался, сказал ему, что всё, что человек видит, — это проявление Б-жественного провидения, чтобы он мог извлечь из этого урок для самого себя. Если бы человек залаял в ответ на собаку, все окружающие сочли бы его неразумным! Точно так же, когда один человек причиняет обиду другому, — если обиженный отвечает обидчику, он уподобляется тому, кто лает на собаку. Тот, кому причинили обиду, должен относиться к ней, как к лаю собаки: подобно тому как он не спрашивает, почему собака залаяла на него, так же не должен спрашивать, почему этот человек его обидел. Это вырабатывает настоящий еврейский характер».

3. Спасение влечёт спасение

Множество разных гостей приезжают в отель «Май Кашер» в Доломитовых Альпах, и в чудесной атмосфере, царящей в этом месте, стираются перегородки, открываются сердца, и становится ясно, насколько удивителен этот мир. 

Вчера вечером, перед молитвой Аравит в синагоге при отеле, я встретил лицо, которое показалось мне знакомым, — особенно из-за необычного сочетания йеменской внешности с хасидским одеянием. Выяснилось, что это рав Йеѓуд, житель Кирьят-Цанз в Иерусалиме, сосед моего тестя. А его супруга рассказала, что у неё было удивительное чудо, связанное с Любавичским Ребе:

«Прошло несколько лет с нашей свадьбы, а детей у нас всё не было. Я пришла к раву Ашеру Салмону, да будет благословенна его память, видному хасиду Хабада в Иерусалиме. Он предложил мне, и даже помог, полететь к Ребе на Лаг ба-омер — особый благоприятный день, в который многие бездетные женщины удостаиваются получить благословение и чудесным образом обрести спасение.

Я полетела одна, приехала на раздачу долларов Ребе и стояла взволнованная и дрожащая перед Ребе. Ребе поинтересовался моими проблемами со здоровьем и спросил мнение врачей. Я ответила с большим трудом. Ребе дал мне четыре доллара для цдаки и сказал, чтобы я не волновалась.

Утром в день Лаг ба-омера я пришла встретить Ребе при его выходе из миквы и стояла в третьем ряду среди множества бездетных женщин. Необычным жестом Ребе протянул руку через два первых ряда, вложил монету для цдаки прямо мне в руку и благословил меня на здоровое потомство. Обещание исполнилось полностью. Меньше чем через год родился наш единственный сын, который сегодня, в тридцать четыре года, — большой знаток Торы, живёт в Кирьят-Цанз в Тверии и сам отец четверых детей».

Но после молитвы Аравит выяснилось, что у этого рассказал есть ещё увлекательные главы, добавившиеся как раз недавно.

«Мой сын сдал свою квартиру в городе Бейтар шалиаху раву Шнеуру Шнеерсону из города Ровно. Когда тому стало известно, что мой племянник, сын моей сестры, также нуждается в благословении на детей, он предложил мне передать ту монету племяннику. Все эти годы я хранила в своём кошельке монету, полученную от Ребе, и брала её с собой повсюду. А теперь я передала монету племяннику, с надеждой и молитвой о скорых добрых вестях, по совету шалиаха рава Шнеерсона».

Я обратился к р. Шнеуру Шнеерсону, и он подтвердил эти детали, добавив: «Я сделал это, опираясь на тот удивительный случай, который произошёл с твоим сыном». Мне понадобилось несколько секунд, чтобы вспомнить, о чём идёт речь. Действительно, к одному из моих сыновей несколько лет назад пришёл хасид Хабада и сказал ему, что поскольку прошло уже несколько лет с его свадьбы, он даёт ему доллар, полученный от Ребе. Менее чем через год после этого мой сын и его супруга обняли своего первенца. Сразу же после этого мой сын передал доллар другой семье, нуждавшейся благословении на детей.

Рав Шнеерсон добавил ещё кое-что: «Квартиру, которую я снимаю у сына семьи Йеѓуд, обслуживает друг их семьи. Я рассказал ему, что хозяин квартиры родился благодаря благословению Ребе. В ответ тот друг семьи Йеѓуд рассказал мне, что у него есть сестра, не имеющая никакой связи с Хабадом, которая вместе с близкой подругой организовала у себя дома постоянный урок по Тании для женщин – ведь Танию учат во многих хасидских кругах. Более шести лет она ждала рождения ещё одного ребёнка, и наконец полетела просить благословения у Ребе. И через девять месяцев после этого родился её сын — всего на один день позже, чем её подруга, с которой они вместе учили Танию, отпраздновала обрезание своего сына!»

Фото недели: Место еврейских встреч

Прозрачный воздух Доломитовых гор сливается с теплотой, исходящей от сияющего лица хозяина отеля «Май Кашер», — с тем редким радушием, какое встретишь нечасто. Он встречает каждого гостя так, словно тот — любимый член семьи, вернувшийся издалека. Это не просто место отдыха, а магнит единства народа Израиля. В стенах этого места складывается удивительная человеческая мозаика, где хасиды, литваки, традиционные и «вязаные» евреи сидят вместе и находят общий язык. 

Каждый день после утренней молитвы хозяин читает и разъясняет два закона о Шабате, а после минхи учит две мишны по порядку. Голос — голос хозяина отеля, р. Авраѓама (Ави) Нецера, но стиль, изложения и объяснения — это влияние рава Моше Лазара, да будет он здоров. «Я был из первых учеников рава Моше Лазара в школе и в талмуд-торе в Милане. Именно он научил меня читать, у него я учил мишнайот, и он подготовил меня к моей бар-мицве», — с большой гордостью рассказывает мне р. Ави.

Мы сели побеседовать, и он начал рассказ с описания страшных дней эпохи Холокоста. Его мать, дочь состоятельной венгерской семьи из области Оберланд, была вынуждена скрываться в одиночестве в тёмном подвале в Будапеште на протяжении долгих месяцев. Её единственными соседями, как она рассказывала впоследствии, были вши, а выжить ей позволили несколько кусочков сахара. Его отец, спасшийся из ада Маутхаузена и Освенцима и потерявший почти всю свою семью, нашёл свой путь в Милан. Там, из пепла и разрухи, они построили еврейскую семью.

Отец проявил самоотверженность в деле еврейского воспитания, он собирал по копейке среди членов местной общины, чтобы основать талмуд-тору для небольшой горстки детей. Молодой учитель, прибывший в общину сразу после своей свадьбы, чтобы посвятить себя воспитанию еврейских детей в те дни, был не кто иной, как рав Моше — отец Главного раввина России, р. Берла Лазара. Р. Ави с сияющими глазами описывает мне, как рав Лазар учил их чтению, Пятикнижию с комментарием Раши и мишнайот, обладая бесконечным терпением и никогда не повышая голос ни на кого из учеников. По сей день в его сердце сохранилась речь на бар-мицву на идише, которую рав подготовил вместе с ним.

Качества, которые привил отец р. Лазара, ощущаются в каждом уголке отеля в Канацеи.  Ави с супругой Белиндой руководят им с любовью к евреям и с уважением к каждому творению. Неудивительно, что даже такая величественная личность, как адмор из Каливa, благословенна память праведника, знавший эту семью ещё с довоенной Венгрии, избрал это место для своего отдыха, полностью полагаясь на безупречный кашрут хозяев этого места.

Пока мы сидели там, любуясь горами, зелёными деревьями и белыми, скрытыми в дымке скалами, — хозяин упомянул также и связь, продолжающуюся до наших дней: его сын Даниэль в течение одного года был вожатым в летнем лагере в Москве вместе с р. Менахемом Лазаром — сыном Главного раввина России.

На следующий день прибыли важные гости: р. Ѓершл, двоюродный брат Ави, с супругой Сюзи, из Милана. Когда гости услышали, что мы из Москвы, где общину возглавляет р. Берл Лазар, сын рава Моше – Сюзи начала рассказывать о великих заслугах шалиахов Ребе в Милане, рава Моше и ребецн Йеѓудит Лазар, с которыми они знакомы уже несколько десятилетий.

Сюзи входит в «хевра кадиша» Милана, но ездит по всей Италии. От Брешии до Тревизо они добирались до домов усопших, чтобы совершить для них истинное милосердие. Она описала рава Моше Лазара, поднимающегося и спускающегося по длинным лестничным пролётам старинных итальянских зданий без лифтов, несущего тяжёлые грузы — деревянные доски и вёдра с водой для омывания, — как будто именно этим и должен заниматься главный шалиах Ребе в Милане. Пока женщины из «хевра кадиша» занимались внутри святой работой очищения, рав ожидал снаружи, вознося молитвы за усопших. И когда возникал ѓалахический вопрос, он со своей огромной эрудицией выносил ѓалахическое решение.

История этой семьи соткана из нитей двойного милосердия. Рав Моше заботился о достоинстве уходящих в мир иной, а его супруга, ребецн Йеѓудит Лазар, находилась в некотором роде на противоположном полюсе. Нередко бывало так, что молодые еврейки рожали в Италии без семьи и поддержки. В любой час суток, днём и ночью, ребецн Лазар оставляла всё и спешила в родильные отделения больниц. Она сопровождала рожениц на протяжении всех долгих часов родов, вселяя в них материнскую уверенность в самый волнующий момент их жизни.

Эта «полярность» супругов не осталась незамеченной для Сюзи. И она рассказала, как однажды обратилась к ребецн Йеѓудит: «Ваш дом целиком – это врата! Вы сопровождаете чистые души, входящие в этот мир, а ваш муж рав Моше сопровождает души, покидающие этот мир»! 

Гут Шабес, ходеш тов! 

Шие